О чем писали в Советских журналах в 1947 году (ч.5)

ПО СТАРОЙ И НОВОЙ МОСКВЕ

ВЫСОКО легла над Москвой-рекой розоватая бетонная арка нового Москворецкого моста. На его огромном полотне теряется одинокий пешеход, точно человек, заплывший на середину широкой реки. Эстакады моста-великана подымаются прямо к Красной площади, на краю которой переливаются пестрые главы Василия Блаженного. За ними, как стражи веков, стоят древние кремлевские башни, сверкают над их шатрами лучи рубиновых звезд, скинувших защитную форму военных лет.

Целый проспект из гранита и бетона вырос над рекой, над ее берегами и домами. Минуя узкий Балчуг, высокая арка через продолжающий ее новый Чугунный мост вливается в расширенную Большую Ордынку. Без малого на три четверти километра раскинулось бетонное полотно обоих мостов, целой городской улицы, которая много шире Арбата или Пет-.овки. Машины бегут по мосту вро-ень с крышами трехэтажных домов •:а набережной.

Осмотритесь кругом… Новые моты — великаны встали над помолодевшей Москвой-рекой: обводненной, спрямленной, в новом наряде из гранита и зелени. В утренней дымке уходят вдаль берега, закованные десятками километров гранита. Рядом с речным потоком бежит вдоль берегов широкий асфальтовый проспект от Лужников до Красных Холмов. Над простоявшими долгие века зубцами Кремлевской стены блестят золотые главы древних соборов, рдеет алый стяг над высоким куполом здания правительства СССР.

Здесь в Кремле живет и трудится великий Сталин; здесь встречаются с ним избранники народа, его лучшие люди. Они вступают в темные своды Боровицких ворот, в самом имени которых, как эхо столетий, звучит имя бора, некогда покрывавшего весь береговой мыс. Здесь возникла многие века назад наша Москва. Память об ее великой старнне хранят священные русскому сердцу камни Кремля, пережившие века башни, стены, палаты и соборы.

На залитой кровью и потом старой русской земле поднялся новый город, столица первого в истории государства Советов.

СТРАНИЦЫ ПРОШЛОГО

САМА природа выбрала место для пограничного городка-крепости у слияния рек Москвы и Неглинной, Высокая береговая гора обрывалась здесь крутым сорокаметровым откосом. На круче этого холма, в глухом вековом сосновом бору была заложена многие сотни лет назад наша Москва. Началом ее жизни принято считать 1147 год. Это год первого достоверного летописного упоминания имени «Москва». Суздальский князь Юрий Долгорукий, вернувшись из похода на новгородские и тверские земли, послал своему союзнику черниговскому князю Святославу Оль-говичу приглашение прибыть в свою московскую усадьбу:

«Приди ко мне, брате, в Москов!»

Так впервые появляется в русской письменности имя Москва, которое с веками будет звучать на весь мир.

Новое поселение выросло на перепутье речных путей и волоков, ведущих в Балтийское, Каспийское и даже Черное моря. Полой водой, с весны, по Москве-реке, Яузе и дальше по Оке и Волге плыли купеческие караваны и воинские отряды. Зимами, когда уже с октября брали силу лютые русские морозы, реки превращались в природные ледяные дороги: гладкие и удобные, проложенные самой природой сквозь дремучие русские леса.

 

Из южных степей нас+упали на Киевскую Русь полчища кочевников. Раздираемая княжескими усобицами, удельная Русь не могла отстоять свои земли. Крестьяне, ремесленники, купцы, спасаясь от полона и рабства, бросая свои «животы» (имущество), уходили на север, где темная стена густых лесов преграждала путь кочевым ордам.

В эти глухие времена каждый новый город неминуемо становился крепостью. От оборонительных сооружений произошло и само название «города» — огороженного, укрепленного поселения. Центральным укреплением, ядром, вокруг которого вырастал новый город, был в Москве Кремль. Старые летописи называют нынешний Кремль — «.Городом», возникшие за его стенами новые поселения — «Посадом», более отдаленные слободы — «Загородьем».

Невелик был этот зародыш Москвы, город, целиком уместившийся между нынешними Боровицкими воротами и восточной стеной Большого Кремлевского дворца. За 200—250 шагов можно было пройти весь Кремль, от края до края. Но за его стенами уже могло укрыться в лихие дни население, он прикрывал своими укреплениями поселения вокруг Боровицкого холма, охранял торговые пути.

В новом городке, защищенном обрывами и реками, ров выкопали только со стороны «приступа», «при- j ступного места». Колья и надолбы укрепили края глубокого рва. На земляном валу были врыты стоймя остро затесанные бревна. Глиняная обмазка оберегала дерево от огня. За бревенчатыми щитами укрывался во время боев гарнизон. С приземистых вежей, как назывались башни до татар, вглядывались в даль дозорные.

У пристаней на берегу реки год за годом ширился торговый и ремесленный Посад, пока еще лепившийся поближе к крепости. В разных концах от Кремля подымались дымки ближних и дальних сел: Ваганькова, Воробьева, Дорогомилова, Сущева, Кудрина. В просторе дальних лугов и лесов терялись одинокие дворы. По речкам Неглинной и Яузе, Сетуни и Пресне клубилась над мельницами водяная пыль, сушилась снасть у рыбацких дворов.

В XIII веке кровавая лавина татаро-монгольских полчищ докатилась до Москвы. Она героически оборонялась. Взявшие ее в 1237 году орды хана Батыя вырезали весь город. Это было местью за храброе сопротивление русских. Но даже кровавый разгром Москвы не мог останцвить роста города. Народное предание говорило: «Где прошел Батый, — сто лет трава не растет». Но Москва росла быстрее травы. Она поднималась вновь из пепла и крови, как сказочный богатырь.

При великом князе Иване Калите снесли старые стены из смолистой горючей сосны. В 1339 году был «заложен град Москва дубов». Около ста лет назад, при постройке Большого Кремлевского дворца, землекопы наткнулись на остатки этих стен — огромные дубовые брусья.

Кремль расширялся в сторону нынешней улицы Герцена и Красной площади, к торговому и ремесленному Посаду. Не малый гарнизон сидел теперь в крепости: тут были стрель-ники из лука, пушкари метательных машин, оружейники для починок «ратного сосуда» и прочий военный люд. Вся крепость XIV века занимала примерно треть нынешнего Кремля.

В великое княженье Димитрия Ивановича от церкви Всех Святых на Чертолье (Чертольский переулок у нынешних Кропоткинских ворот) случился пожар невиданной силы. Лето 1365 года выдалось засушливое, пересохли даже реки. Начавшаяся буря раздувала огонь, переносила за реку пылающие головни.

«Во едином бо месте гасяху, а в десяти загорашеся, — сокрушался летописец. — Все огонь поясть». В этот пожар, прозванный «Всесвят-ским», за два часа «погоре Посад весь, и Кремль, и Заречье без останка». Уныло темнели обугленные сте ны. Димитрий Иванович с ближ ними своими соратниками порешил что престольной Москве негоже об ходиться впредь деревянными сте нами, как деревне.

Весной 1367 года, собрав отовсюду мастеров каменного дела, стали

кладывать первое звено новой, ка:_____

ной стены. Стена получалась добротная, высокая. Осторожный Димитрий велел повременить с разборкой остатков прежней дубовой стены, и новую выводили снаружи старой, на расстоянии 40—60 шагов. Тем временем дубовые стены, вконец обветшавшие порушились, не дождавшись, пока и> разберут. Но это было уже не страш но. Кремль гордо стоял на холме опоясанный стеной из белого камня Над стрельницами пестрой толпой взбегали по холму храмы и звонницы, переливались под солнцем кудрявые терема.

Шел 1380 год. Ясным августовским утром из всех ворот Кремля двигались полки. За черным своим ‘знаменем ехал на коне великий князь Димитрий Иванович. Он вел Русь встретиться один-на-один с Ордой. Под знамена Москвы встали, наконец, плечом к плечу, забыв усобицы, люди муромские, владимирские, костром ские, ростовские, ярославские, белозерские и других земель. Встала Русь. Месяц спустя израненный Димитрий с победой возвратился в родную Москву.

В^ 1451 году Москву осадил татарский царевич Мазовша. Летописец пишет, что татары штурмовали город, «где несть крепости каменные». За восемьдесят четыре года, прошедших со дня построения каменных стен Димитрия Донского, пожары, осады, землетрясения, само время привели в ветхость крепостные сооружения.

Сильный и властный Иван III сидел теперь на московском престоле. Он продолжал великое дело объединения родной земли. Он возложил на себя титул великого государя всея Руси. Он окончательно освободил народ от татарского ига. Расширяя и укрепляя русское государство, он расширял и укреплял и древний Кремль. Иван III приказал «на сто сажен да девять», расстояние выстрела, расчистить пространство перед стенами, за реками Москвой и Неглинной. Этим он предохранял Кремль от пожаров, ступивший к крепости враг не оказывался на виду у гарнизона.

В 80-х годах XV века были снесены до последнего камня обветшавшие стены и башни Кремля. Вместе с русскими мастерами работали над сооружением новой крепости лучшие зодчие и фортификаторы Европы. Среди них был и прославленный Ари-Фиоравенти из Болоньи.

«Мая 29 (1485 года) заложена бысть на реце на Москве стрелница у Шешковых ворот, а под ней выведен тайник». Так было положено начало новой системе укреплений. В первую очередь их строили с юга, с самой опасной речной стороны. Ведь сюда обрушивались первые удары Орды, которая наступала на Кремль э той дороге, которая и доныне сво-vi именем улицы «Ордынки» напоминает нам об этих временах.

Тайницкая башня была центром береговых укреплений. Тайные ходы открывали из нее путь для внезапных вылазок. Через тайники снабжались осажденные одним из самых нужных предметов — водой. Средняя башня Кремлевской стены со стороны набережной до сих пор зовется Тайницкой В 1508 году подымается вода в зг пруде на Неглинной у нынешней плс щади Революции, и бурный поток за полняет ров вдоль Кремлевской сте ны. Он перерезает всю Красну! площадь, от реки Неглинной до Москвы-реки. Водная преграда завершает укрепления Кремля. Глубокий ров был выложен камнем и во всю длину защищен зубчатой стенкой. Вода окружила Кремль со всех сторон. Он высился, как неприступный замок на острове. Только по спущенным мостам можно было проникнуть теперь в крепостные ворота.

Заезжие иностранцы с уважением оглядывали массивные стены осторожно вступали они в темные переходы ворот. Из узких щелей над самой головой свешивались готовые упасть острые решетки. Кремль в Московии, по мнению иностранцев, не уступал прославленным фортециям Меца в Германии и Милана в Италии.

Описывая Москву вскоре после постройки Кремля, итальянец Павел Иовий отмечал:

«Город Москва по своему положению в самой середине страны, по удобству водяных сообщений, по своему многолюдству, по крепости стен своих есть лучший и знатнейший город в целом государстве… Москва, по мнению многих, никогда не потеряет первенства своего».

Зубчатые огены каменным треугольником замкнули весь Кремль в нынешних его границах. А вокруг Москвы с ее белокаменным Кремлем сложилось с векам русское государство. Иосиф Виссарионович Сталин говорит:

«… интересы обороны от нашествия турок, монголов и других народов Востока требовали незамедлительного образования централизованных государств, способных удержать напор нашествия»

Такое централизованное государство сложилось вокруг крепости над Москвой-рекой. Москва с белокаменным ее Кремлем стала центром единого русского государства, представшего перед всем миром как новая сила, созданная великим трудом и кровью русского народа. Но не раз еще пришлось ему браться за оружие для защиты родной земли. Не раз зловещий набат звучал над Москвой, которой приходилось отбивать осады и вести в дальние походы русские

«Изумленная Европа, в начале княжества Ивана III едва ли даже подозревавшая о существовании Московии, зажатой между Литвой и татарами, была ошеломлена внезапным появлением огромной империи на восточных своих окраинах», — писал Карл Маркс.

Стены и башни Кремля были спланированы лучшими инженерами своего времени. Неприятельские полки, приблизившиеся к стене, оказывались под метким обстрелом с башен с обоих своих флангов. С высоких площадок на башнях открывалась для обстрела вся стена. Башни прерывали ход по стенам для прорвавшегося сюда противника. Каждая из них могла обороняться, как самостоятельная крепость. Если мы хотим представить себе Кремль XV века, надо снять сб всех башен украшающие их русские остроконечные шатры. Башни станут приземистее, будут глядеть более грозно и угрюмо. Верхние их шатры были надстроены русскими зодчими лишь в конце XVII века.

Нынешние кремлевские стены имеют форму неправильного многоугольника с 25 углами. Вдоль стен расположено 20 башен.

Кремль был тем ядром, вокруг которого росла Москва. Ширился городской торг. Из московского он превращался во всероссийский. Появлялись новые слободы ремесленников, втягивались в городскую черту села, еще недавно бывшие дальними московскими пригородами.

«Никитские… Арбатские… Покровские ворота», — читаем мы на дощечках, укрепленных на углах. Приезжие в Москву нередко ищут и, к своему удивлению, не находят никаких ворот, обозначенных в адресах.

Древние имена старых, давно снесенных ворот живут по сей день в новой Москве, напоминая нам о Москве XV—XVII веков; о крепостных стенах, окружавших кольцами ве;ь город; о проездных воротах, которые вели к дорогам на Серпухов, на Тверь, на Дмитров, дорогам, превращавшимся с веками в городские улицы.

Уже Иван Калита расширил свой Кремль от Боровицкого холма на восток. При матери малолетнего Ивана IV Елене Глинской началось укрепление Посада. Земляной вал заменили к 1538 году капитальной каменной стеной. Примыкая к угловым башням Кремля у Москвы-реки и Неглинной, она сомкнулась в одно целое с его укреплениями. Эта часть города получила имя Китай-города. Китайгородская стена была много ниже Кремлевской. Она сохранилась сейчас на спуске к реке от площади Ногина, на Москворецкой набережной, у троллейбусной остановки на площади Революции.

На Яузском и Кропоткинском бульварах сохранились высокие насыпи. Это остатки старого вала, третьего!( кольца укреплений Москвы — Белого N города. Еще при укреплении китай-К городского Посада по линии нынешних бульваров был насыпан вал шестисаженной ширины. А в конце XVI века здесь воздвигли кольцо каменных стен. Их строил в 1586 году замечательный русский мастер Федор Конь, будущий строитель смоленского кремля. Высокая стена белого камня опоясала город от устья Яузы до устья Неглинной, от нынешнего Устьинского моста до Кропоткинской набережной. Свое название она получила от цвета каменной кладки, так как стены Китай-города были красными. Вдоль линии Белого, или, как его }вали, Царева, города было построено 28 башен и 10 проезжих ворот. Давно разобраны они, но их имена сохранились до наших дней.

Про замечательную конструкцию этой стены писал архидиакон Павел Алеппский, сопровождавший в Москву антиохийского патриарха Макария в 1654—1656 годы: «На нее не действуют пушки… Таких бойниц мы не видывали ни в стенах Антиохии, ни Константинополя, ни Алеппо, ни иных укрепленных городов».

Последним кольцом стен, завершивших укрепления Москвы, был ! Земляной город. Имена Коровьего вала, Крымского вала, Валовой улицы напоминают нам о древних на-I сыпях, окружавших эти границы города. В 1591 году к Москве подступил’ крымский хан Казы-Гирей. Военная | |хитрость Бориса Годунова помогла’ отогнать орду «от столицы и после ухода крымцев москвичи начали укреплять линию, опоясывавшую все разросшиеся пригородные посады и [слободы. Построенная в 1591—1592 го-!дах 14-верстная деревянная стена имела много башен и ворот. Отгоро-j женную ею от Белого города часть j столицы назвали первоначально !«Скооодомом» — частые пожаоы на-1

учили москвичей быстрой застройке выгоревших улиц, и «скорые дома) собирались из готовых срубов, ко торыми торговали по всему городу в лесных рядах. Здесь можно было купить дом, баню и даже целую колокольню. Иностранцы недаром говорили, что русские плотники по быстроте работы соперничают с огнем, а, голландский парусный мастер Стрейс,1 /дивляясь, писал: «В этой стране плотники в 24 часа строят дом». i Обшитые тесом стены Скородома [мели толщину до шести метров. Из-[утри они были заполнены камнем, линой и землей. У Красных холмов I Крымского брода, там, где нынеш-ше Большой Краснохолмский и крымский мосты, новое укрепление 1ерекидывалось чегрез Москву-реку ! Замоскворечье. Выгоревшие при , южаре 1611 года, эти стены были за-иенены земляным валом. От него I шя Скородома и сменилось Земляным городом.

Так, кольцами внутренних районов-городов, как могучий дуб, росла Москва. Сталинский план перестройки города принял за основу эту сложившуюся веками планировку: кольцо городов и расходящиеся от них лучи радиальных улиц.

ПО СТАЛИНСКОМУ ПЛАНУ МОСКВА складывалась веками. Город застраивался без продуманного плана. Многие улицы его были поэтому кривыми, тесными, неудобными. Частые переулки дробили город на мелкие кварталы. Многие улицы шатались из стороны в сторону точно пьяные, и часто оканчивалиа тупиками. По самим старым названиям нетрудно догадаться о том, как выглядели все эти… «Кривоколенные», «Болотные», «Кривоарбатские»  «Грязные», «Узкие», «Вшивые», «Черногрязские». С высоты птичьего полета старая Москва была похожа на лабиринт. Улицы извивались и перепутывались, точно клубок, размотанный шаловливым котенком.

БОЛЬШЕ ПРОДУКЦИИ, ЧЕМ ВСЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ ЦАРСКОЙ РОССИИ.

Жизнь нового — советского — города не умещалась в старых рамках. Жителям и заводам растущей столицы нехватало зданий, электрической энергии, воды, света, зелени.

Еще в дореволюционной Москве лучшие инженеры, зодчие, врачи говорили о том, что пора перестроить, по-новому спланировать этот неудобный для жизни и работы город. Но купцы и дворяне — те, кто правили Москвой и звали себя «отцами города» — хотя и одобрительно покачивали головами, но не давали на работы ни копейки. А в старой Москве только для того, чтобы расширить] «» несколько сажен улицу, надо бы-заплатить громадные деньги владельцу земли. На каждом клочке земли сидел свой хозяин, и ему не было никакого дела до благоустройства целого города, если это не сулило ему прибыли.

Только при советской власти была отменена частная собственность на землю. Фабрики и заводы, а парки, воды и земли — все хозяйство Москвы стало достоянием народа. Теперь можно было начать KannTaj ную перестройку города. Основой стал генеральный план реконструкции Москвы, опубликованный в 1935 году.

За год до его утверждения градо строители встретились в Кремле товарищем Сталиным. Зодчие, инженеры, ученые жадно прислушивались к каждому его слову. Сталин говорил о том, что надо сочетать смелую перспективу в планировке города с исторически сложившейся Москвой, стихийно развивавшейся на протяжении восьми веков.

Сталин подверг мудрой критике некоторые из предложенных проектов будущей Москвы. Он говорил, что нельзя оставлять Москву и впредь большой деревней. Но он напомнил и о том, что в советской стране не может быть переуплотненных, ску-ченнйх городов, как в капиталистических странах. В столице социалистического государства надо бережно сохранить памятники, созданные на-его вековой культурой. Но то, мешает развиваться новой Москве, стесняет ее, подлежит коренной перестройке. И все эти годы до войны строители — от главного архитектора столицы ‘до рабочего, забивающего сваи над i водой — воплощали в жизнь сталинский план переустройства Москвы. Товарищ Сталин непрестанно интересовался тем, как перекраивается старый, неудобный город, как вырастает новое в старом, как в этом новом растворяется прежняя Москва. Сталин побывал на многих стройках. Он спускался в шахты метро, приезжал на стройку канала Москва-Волга, подымался на его шлюзы, выбирал площадку для Дворца Советов и обсуждал его проекты.

В грозные дни Великой Отечественной войны Сталин оставался в Москве. 19 октября 1941 года радиостанции передали постановление Государственного Комитета Обороны о защите столицы. Под ним стояла подпись товарища Сталина и значилось: «Москва, Кремль» …

ПО ОБНОВЛЕННЫМ УЛИЦАМ

ПРЕЖНЕЕ название улицы — Тверская — напоминало о древнем ее происхождении — от дороги на Тверь, главный город великого княжения, не сразу признавшего первенство растущей Москвы. Уже пять-шесть веков назад боярскими усадьбами, купеческими домами, ремесленными слободами застроилась бойкая дорога.

С 1933 года улице было присвоено имя великого русского писателя Алексея Максимовича Горького. Год за годом преобразилась вся магистраль, которая протянулась от Кремля до Белорусского вокзала. После рекострукции улица расширилась с 16 до 40 метров и стала шире Невского проспекта в Ленинграде.

Неузнаваем и лежащий в центре города Охотный ряд. На углу его высится крупнейший отель страны,  прошлого века был снесен здесь Земляной вал, засыпан ров времен Бориса Годунова. И в старое время не раз пытались упорядочить застройку Садовой, расширить проезды, но да же царские указы не возымели дей ствия. Теперь эта улица обтекает го род шестнадцатикилометровой широ кой и ровной рекой из асфальта Москвичи привыкли к удобной и ши рокой магистрали, по которой, не зная тесноты и толкучки, бегут авто бусы, троллейбусы, маршрутныетакси Забыли москвичи о том времени, когда маленькие садики суживали Садовую, а в самых бойких местах перегораживала ее высокая Сухарева башня и Красные ворота. Улицу в этих местах шоферы звали «мышеловкой».
Сотни таких зданий воздвигнуты и вдоль всех обновленных магистралей, на набережных, в новых поселках, возникших на местах прежних пустырей и свалок.

Только за годы сталинских пятилеток построено в Москве более 6 миллионов квадратных метров новой жилой площади. Это равно половине всех жилищ, которыми располагала дореволюционная Москва. Расширены и расчищены от захламлявших их мелких строений Красная площадь и другие площади города. Прежние глухие окраины — Дангауэровка, Усачевка, Симоновка, Дорогомилово, Лефортово — стали благоустроенными городскими районами. метивший первые появившиеся на улицах Москвы буровые вышки. А вскоре на их месте поднялись дощатые пирамиды подземных шахт, из которых выходили юноши и девушки в резиновых сапогах и перепачканных глиной комбинезонах. Москва начинала прокладывать первые линии метрополитена. Еще в старой Москве говорили о том, что пора построить подземную железную дорогу. Но это было невыгодно владельцам трамвая, конки, хозяевам извозчичьих артелей. Даже газеты писали тогда:
«Возможно ли допустить эту греховную мечту? Не унизит ли себя человек, созданный «по образу божию разумным созданием, спустившись в преисподнюю? А что там есть… грешному человеку ведать не надлежит».

Метрополитен был построен только в советской Москве. 15 мая 1935 года первые 325 тысяч пассажиров обновили московское метро. Вступили в строй первые линии, первые станции.

Стройка под землей не была остановлена даже в дни войны. Новый радикс московского метро был построен и открыт в суровые годы войны.

Ровно в 6 часов утра распахиваются сейчас резные двери 29 станций московского метро. За двенадцать лет его j работы трасса пути выросла в три раза. Каждый третий пассажир, про-I езжающий по Москве, едет на метро.

Астрономическими цифрами измеряется работа московской подземки, За двенадцать лет существования ее поезда перевезли почти вдвое больше людей, чем их живет на всей нашей планете, — 4 миллиарда 183 миллиона

Если в первый день своей работы поезда метро перевезли 325 тысяч пассажиров, то, например, 22 августа i 1946 года было выдано 1 758 ООО проездных билетов. Расположенная в районе четырех вокзалов, станция «Комсомольская площадь» за один только день пропускает больше людей, чем живет во всей столице Турции, Анкаре.

… Москва спит. Утихли шумные i улицы. Ушли в парки, в гаражи автобусы, троллейбусы, автомобили. Только под улицами всю ночь не затихает глухой гул. Здесь продвигаются в j толще земли подземные комбайны, Чциты Метростроя. Они прокладывает тоннель новой, четвертой очереди, i Ее называют — Большое кольцо. Оно опояшет город по той линии, которая некогда была кольцом внешних укреплений средневековой Москвы. На протяжении 20 километров строится 12 станций. В будущем, 1948 году будет открыто движение на первом участке, от Курского вокзала до Центрального парка культуры и отдыха.

! Круглые сутки идет напряженная работа. Сквозь замороженные плывуны, высокую Таганскую гору, под рекой Яузой проложены первые тоннели. Уже сооружено больше шести километров готового тоннеля. После открытия нового радиуса московский метрополитен сможет перевозить каждые сутки по 3 миллиона пассажиров.

ВТОРАЯ ЖИЗНЬ РЕКИ

МОСКВА родилась и выросла на перекрестке древних речных путей. Но с веками река оскудела водой. В ее верховьях были вырублены некогда густые леса. И путеводитель по Кремлю, после рассказа о сказочном великолепии дворцовых сокровищниц.

Пятилетка.

ЭТО РАВНО СПЛОШНОЙ МНОГОЭТАЖНОЙ ЗАСТРОЙКЕ ЧЕТЫРЕХ ТАКИХ МАГИСТРАЛЕЙ, КАК УЛИЦА ГОРЬКОГО И ЛЕНИНГРАДСКОЕ ШОССЕ, ВМЕСТЕ ВЗЯТЫХ.

«По своей мелководности река Москва допускает здесь плавание только шлюпок, а потому на спокойных ее водах мы можем встретить лишь меланхолика-рыболова с удочками подчас группы катающихся на лодтовалась целая флотилия многопалубных белоснежных теплоходов. Они пришли с Волги, войдя в Москву-ре-|Ку: обводненную, благоустроенную, зозвращенную к жизни.

Еще много лет назад гидротехники исчисляли потребность города в воде с 1937 году в 60 миллионов ведер в :утки. Но Москва-река несла мимо Кремля эти же 60 миллионов и город «выпил» бы до капли всю реку.

Инженеры предложили несколько проектов обводнения города. Перекачивать воду из реки Оки по трубопроводу… Собирать весной воду в Запрудах… Но все эти планы со-нетское правительство осудило, как «заплаты », а товарищ Сталин предложил повернуть к Москве величайшую ‘одную артерию Европы — Волгу.

Для этого пришлось проделать немалую работу. Несколько подмосковных рек загнали под землю. Другие 1реобразили в заливы и водохраниища. Шлюзами и насосными станциями перекинули волжские воды 1ерез гряду высоких холмов.

15 мая 1937 года, более десяти лет назад, Волга понесла свои воды к Москве. Сбылось то, о чем сотни лет пел в своей песне народ: «Эх, кабы Волга-матушка да вспять побежала».

40 лет назад привезенные в Москву новые пожарные машины за пять минут выбрасывали 100 ведер воды, но новые 100 ведер при тогдашнем водоснабжении подвозили только … через час.

Канал Москва—Волга напоил город. Каждую секунду Рублевская и Сталинская водопроводные станции выбрасывают больше тысячи ведер воды. Москва выпивает сейчас за сутки 100 миллионов ведер, полторы прежних Москвы-реки. Житель Москвы получает сейчас 300 литров воды в сутки (по данным статистики 1939 года, житель Лондона—165 литров, Парижа — 238). Вдвое больше воды придется на каждого москвича к концу новой послевоенной пятилетки.

Поезд, в который мы захотели бы зместить грузы, перевезенные по каналу за десять лет его работы, про-гянулся бы от московского вокзала до берегов Охотского моря. Это не все; кроме грузов, суда канала перевезли еще 25 миллионов пассажиров.

Новые большие работы начались на водных проспектах Подмосковья после войны. На Оке у Калуги строится новая гидроэлектростанция. Пуск ее будет началом работ по соединению Москвы-реки с Днепром Гогда советская столица будет портом пяти морей, от московской пристани можно будет плыть и к берегам Черного и Азовского морей. ТАК год за годом становился самой жизнью подписанный товарищем Сталиным и товарищем Молотовым план реконструкции советской столицы.

Москва растет, ширится, строится. Лесами двух тысяч строек встретила она Новый, 1947-й год, год своего восьмисотлетия. Мы уже привыкли к тому, что жизнь не стоит на месте, iTo каждый день новое входит в нашу жизнь и становится обычным и привычным. Так вошли в жизнь большого города: двухэтажная улица у площади Белорусского вокзала, новые цельнометаллические троллейбусы, быстроходные «ЗИС-110», подземные переходы на станциях метро, новые автобусные и троллейбусные маршруты и все то, что трудно перечислить в одном очерке.

А впереди — годы новой пятилетки, годы нового роста Москвы, великого города восьми веков. Пройдет еще несколько лет, и над обновленной Москвой подымутся, словно видимые издалека маяки, первые многоэтажные дома — советские небоскребы.

Над голубой излучиной Москвы-реки, на гребне Ленинских гор будет построен самый высокий дом. Высота его 32 этажа. Окруженный рощами и водой, он будет стоять в конце проспекта, пересекающего город от Дворца Советов.

На берегах реки будут построены еще два больших здания: 26-этажное в Зарядье, по соседству с Красной площадью, и 16-этажное над устьем Яузы. Такие же дома-великаны подымутся у стадиона «Динамо» и на трех площадях столицы.

Началом выполнения нового задания товарища Сталина отмечает наша столица свой славный 800-летний юбилей.

В беседе с нашим корреспондентом главный архитектор города Москвы Дмитрий Николаевич Чечулин рассказал:

— Если кто-нибудь из москвичей уедет из столицы сейчас и потом вернется обратно только в 1950 году, то есть к концу пятилетки, он не сразу узнает знакомые места.

Вдоль широкой многолюдной улицы Горького он уже не найдет низеньких, некрасивых домишек, которые сейчас еще кое-где выглядывают между большими, вновь воздвигнутыми зданиями. На всем протяжении улицы, по обеим ее сторонам, будут выстроены семи-девятиэтажные монументальные здания. Неузнаваемо преобразятся площади этой центральной столичной магистрали. На широкой площади Пушкина несколько новых красивых домов завершат ее реконструкцию. Посреди площади возникнет сквер, в центре которого станет знаменитый памятник Пушкину. Это сделает его более удобным для обозрения и придаст большую парадность всей площади.

На площади Маяковского будет установлен памятник лучшему поэту советской эпохи. Низкие, невзрачные здания по углам площади уступят место новым, величественным.

Парадный вид примет и площадь Белорусского вокзала. Уже и -сейчас она расширена в несколько раз и перестроена. Разрастутся деревья и кустарники только что посаженного сквера. В ближайшее время здесь будет построен памятник Максиму Горькому, который украсит площадь и начинающуюся здесь улицу Горького.

Вырастет ряд новых многоэтажных домов вдоль Ленинградского шоссе. Изменится и само шоссе: оно должно стать более широким и зеленым. Поредевший Петровский парк также будет гуще засажен деревьями.

Вся девятикилометровая магистраль от площади Развилки и до Красной площади станет красивым въездом в центр столицы. Ведь с этой стороны — с Химкинского речного вокзала, с двух автотрасс, с центрального аэропорта и, наконец, с Белорусского вокзала — в Москву прибывают тысячи посетителей не только со всех концов Советской земли, но и из-за границы. Москвичи — рабочие, архитекторы, строители, скульпторы — прилагают все усилия, чтобы крупнейшая магистраль столицы стала и одной из самых красивейших.

Преобразится и большая трасса кольца «Б», особенно ее северная и западная части. Здесь полным ходом идет строительство многих новых домов. К концу пятилетки эти районы кольца «Б» должны быть окончательно застроены. В разрывах между большими домами возникнут благоустроенные площадки с зеленью. Широкие тротуары и фасады новых зданий будут а. два ряда обсажены деревьями.

Значительно изменится Смоленская площадь. По направлению к Москве-реке она обогатится многими величественными зданиями. С площади откроется красивый вид на Бородинский мост, Киевский вокзал и на широкую магистраль Можайского шоссе. Вдоль шоссе будут выстроены новые жилые дома. Шоссе должно также озелениться и благоустроиться. На нем будут установлены памятники Отечественной войны 1812 года. Завершением этого шоссе должен стать памятник в виде грандиозной триумфальной арки в честь победы Советского государства в Великой Отечественной войне над гитлеровской Германией.

От манежа через улицу Калинина, Арбатскую площадь и кольцо «Б» начнется со временем пробивка широкого проспекта к Москве-реке, так называемого нового Арбата. Проспект выйдет к реке и через новый мост пойдет на соединение с Волоколамским шоссе. Новая магистраль свяжет центр города с западной егй окраиной и значительно разгрузит старый Арбат.

Должны завершиться в 1950 году застройка и благоустройство большой Калужской улицы. Здесь рядом с памятниками русской классической архитектуры в комфортабельных новых домах разместятся многочисленные институты и лаборатории Академии Наук СССР, учебные институты, квартиры ученых.

Закончится реконструкция и 1-й Мещанской улицы вместе с площадью Ржевского вокзала.

Особое внимание будет уделено строительству зданий на таких площадях, как площадь Восстания, площадь Маяковского, площадь Красных ворот, Каланчевская площадь, площадь Устинского моста. Многоэтажные жилые и общественные здания, которые появятся на этих площадях, обогатят город новой архитектурой.

Строительство жилых домов не ограничится только основными магистралями города. Целые районы окраин Москвы покроются красивыми, удобными двух-трехэтажными, а ближе к центру города — четырех-пятиэтажными домами. Эти небольшие дома будут иметь все удобства, в том числе центральное отопление, газ, телефон.

При застройке Москвы, думая о красоте отдельных домов, мы всегда помним и о красоте всего города. Поэтому большое значение придается правильному выбору этажности зданий.

Кварталы двух-, трех- и четырех-пятиэтажных зданий заполнят теперешние пустыри и районы временных построек в Измайлове, в Текстильщиках, на Перовом поле, в районе Химок и т.д.

Кроме жилых домов, Москва к концу пятилетки обогатится целым рядом красивых общественных зданий: школ, театров, гостиниц, кинотеатров, зданий государственных учреждений. Скоро снимет леса реконструирующийся театр имени Вахтангова на Арбате; закончится строительство театра имени Немировича-Данченко на Тверском бульваре; реконструируется Малый театр. Новый театр будет выстроен в Сталинском районе. Вырастет вторая очередь большой гостиницы у Киевского вок-

К 1950 году в Москве должно быть построено 3 миллиона квадратных метров жилой площади. Вступит в строй новый участок Московского метрополитена — от Комсомольской площади до Курского вокзала и от Курского вокзала до Парка культуры и отдыха.

Москву опояшет окружная электрифицированная железнодорожная магистраль длиной в 64 километра. Рядом с электрифицированной железной дорогой пройдет кольцевая автотрасса. На улицах города, особенно на его окраинах, будет уложено 80 километров нового трамвайного пути. 1 410 элегантных троллейбусов, 3 000 автобусов, 4 500 таксомоторов и десятки речных трамваев будут перевозить москвичей. В 1950 году все виды транспорта в Москве должны перевезти 3 350 000 000 человек! Эта цифра почти в полтора раза превышает население всего земного шара.

В течение пятилетия полностью закончится сооружение газопровода Саратов—Москва, а также будет вестись строительство газового завода в Подмосковном угольном бассейне и газопровода Тула—Москва. Подача газа в Москву возрастет в 10 раз. К 1950 году в городе заново будет газифицировано 200 тысяч квартир; для этого необходимо проложить 650, километров газовых труб. Тысячи домов в столице получат тепло от теплоцентралей; теплопередаточная сеть увеличится на 118 километров.

К концу пятилетки Москва стане1 ежедневно получать чистой питьевой воды до 145 миллионов ведер. За это же время будет проложено дополнительно 150 километров водопроводных и 130 километров канализационных линий.

Эти цифры скрывают за собой поистине колоссальную созидательную работу москвичей по восстановлению и расширению своего города.

Насколько возрастет и усложнится московское городское хозяйство к 1950 году, можно судить хотя бы по тому, что за годы пятилетки потребуется подготовить 311 тысяч квалифицированных рабочих для управления этим гигантским хозяйством.

Пятилетний план восстановления и развития городского хозяйства нашей столицы Москвы — ярчайшее свидетельство заботы большевистской партии, советского правительства и лично товарища Сталина об улучшении жизни народа, о его благосостоянии.

Наша задача — строителей, архитекторов, инженеров — строить все в Москве так добротно, так рационально и красиво, чтобы превратить Москву в грандиозный памятник великой Сталинской эпохи.

НЕОБЫЧНАЯ ГЕОМЕТРИЯ

РОДОСЛОВНОЕ ДЕРЕВО НАУКИ

середине квадратного озера со стороною в 10 футов растет тростник, выходящий из воды на 1 фут. Если нагнуть тростник, вершина достигнет берега. Как глубоко озеро?»

Эту изящную, можно сказать, поэтическую задачу придумали китайцы много веков тому назад. Геометрические задачи можно встретить в самых древних документах человечества, дошедших до нас. Они выдавлены клинописью на глиняных табличках вавилонян. Они начертаны иероглифами на свитках папируса, найденных в египетских пирамидах. Блестяще развили геометрическую науку математики древней Греции. Это они дали геометрии ее имя: греческое слово «геометрия» значит измерение земли. Очень древняя наука геометрия! Но у нее есть молодые ветви. Эта наука непрерывно росла и ветвилась, как могучий дуб. Сейчас у этого дуба столько ветвей и отростков, что в них разобраться не так просто. Существует уже не одна, а много геометрических наук. Из пытливого и плодотворного изучения простейшей фигуры — Треугольника — выросла тригонометрия. В XVIII веке родилась аналитическая геометрия. Отцом ее по праву называют знаменитого французского философа и математика Рене Декарта. Это он ввел в математику буквенные обозначения: а, в, с… для известных величин и х, у, z… — для неизвестных. С. этого времени математика избавилась от длинных, громоздких описательных выражений, построения ее приобрели сжатость, простоту, изящество.

На рубеже XVIII и XIX веков другой французский математик, Монж, завершил создание начертательной геометрии. Потом появились проективная геометрия, алгебраическая геометрия, дифференциальная… Столет назад у геометрии родилось еще одно дитя — топология. Это одна из самых молодых геометрических наук.

ЗАДАЧА О СЕМИ КЕНИГС-БЕРГСКИХ МОСТАХ

О старом Кенигсберге было семь L> мостов на Прегеле. Река Пре-гель изобилует островами. Семь мостов соединяли два острова с берегами реки (рис. 1). Математики заинтересовались вопросом: можно ли пройти через все семь мостов, не переходя ни через один по два раза? Иные доказывали, что можно. Другие считали, что нельзя, но обосновать эту невозможность не могли. Пустяковый на первый взгляд вопрос оказывался трудно разрешимым.

Попробуйте решить его сами. Возьмите карандаш и пустите его в путь по мостам на рисунке. Отправляйтесь, откуда хотите. Только, отмечая ваш маршрут, соблюдайте одно условие: не прочеркивать один и тот же мост дважды.

Что, не получается?

Не получается! Откуда бы вы ни начали движение, всегда в конце концов остается по крайней мере один «лишний» мост, путь к которому оказывается отрезанным ранее пройденными (зачерченными) мостами.

Двести лет назад математик Леонард Эйлер неопровержимо доказал, что положительного решения задача о семи мостах иметь не может. Эйлер был знаменитый математик, профессор Российской Академии наук, друг Ломоносова. Почему же этот крупный ученый заинтересовался вопросом, который больше похож на детскую головоломку, чем на серьезную задачу? Конечно, не потому, что сам любил прогуливаться по мостам. Семь кенигсбергских мостов интересовали Эйлера как топологическая задача. Задача эта решается так.

Точка, в которой сходятся (или из которой расходятся) несколько линий — сеть линий, — называется в топологии узлом. Если в узел входит четное число линий, то и сам узел называют четным, и наоборот.

Математиками доказано, что прочеркнуть одним росчерком сеть линий можно только в том случае, если все узлы в ней четные или нечетных только два.

Рассмотрим наши мосты и дороги как сеть линий. Возьмем произвольные точки Л и В на обоих берегах реки и точки С и Д на островах. Соединяя их линиями, проходящими через мосты, получим такую сеть линий (рис. 2).

Рассмотрим узлы нашей сети: в узел А входят 3 линии; в узел В и в узел Д — тоже по 3. В узел С входят 5 линий. Таким образом, все наши узлы нечетные. А потому и по: решение задачи невоз-

В каком же случае оно станет в

Это новая задача, решить которую нетрудно. Мы должны только превратить какие-нибудь из наших узлов в четные. Если мы соединим, например, дополнительной линией точки А и Д, то узлы А и Д станут четными. Остаются только два нечетных узла — С и В, и следовательно, задача уже стала разрешимой. Взяв в руки карандаш, легко это показать (рис. 3).

На местности проведенная нами дополнительная линия между точками А и Д и между точками В и С обозначает дополнительный мост, соединяющий берег с островом. Задача может иметь и другие решения. Предоставляется вам их отыскать и оценить.

В этой задаче, как вы видите, нет никаких геометрических измерений. Совершенно безразлично, как велико расстояние между точками А, В, С и Д, т. е. безразличны ширина реки, расстояние между мостами, длина их и т. п. Все линии здесь кривые — произвольной, неправильной формы. Но существующие между ними отношения сохраняются при каком угодно непрерывном изменении образуемой ими фигуры. Это — основное топологическое свойство. Топологией и называется часть геометрии, изучающая такие свойства геометрических фигур, которые не зависят от измерений (длины, величины углов) и сохраняются при изменениях формы фигур (деформации). В данном случае мы могли бы как угодно сжимать или вытягивать нашу сеть линий, как угодно искривлять их — от этого решение задачи не изменилось бы.

Много воды утекло в Прегеле с тех пор, как была поставлена и разрешена задача о его мостах. Сам Кенигсберг стал советским городом — Калининградом. Но задача о семи кенигсбергских мостах прочно вошла в математику. шар и т. п. Искажений не допускается. Даже вычерчивая фигуру от руки, стараются добиться наибольшей правильности. Изучаемые топологией фигуры имеют совсем другой вид. Топологические фигуры очень своеобразны. Здесь вы встретитесь со множеством узлов (рис. 4) и узнаете, что узлы можно завязывать бесконечным числом способов. Кроме бесчисленных узлов, есть фигуры, похожие то на спасательный круг или калач (так называемый тор), то на гирю или чемоданчик с ручкой, то на восьмерку, то на крендель (рис. 5, 6). При этом «спасательный круг» (тор) может быть преобразован в «гирю» с одной ручкой и обратно, а «крендель» — в «гирю» с двумя ручками и т. п.

Но всего интереснее топологическая фигура, которую называют листом Мебиуса или поверхностью Мебиуса. Она названа по имени открывшего ее математика прошлого века. Это был серьезный ученый, а между тем с листом Мебиуса можно встретиться на страницах детского журнала, где он демонстрируется в качестве… головоломки.

Возьмите полоску бумаги или картона любой длины и ширины (топологию не интересуют размеры). Согните эту полоску в кольцо и, перекрутив один конец, склейте оба конца вместе (рис. 7). Это и будет модель листа Мебиуса.

В головоломке задается такой во— Если разрезать это кольцо кругом, по средней линии, то на сколько частей оно распадется?

Почти все, не задумываясь, уверенно отвечают:,

— Конечно, на две части!

Возьмите ножницы и разрежьте. Результат получается неожиданный. Кольцо: не’распадается ни на сколько частей, а только удлиняется вдвое. Головоломку можно продолжить, повторив вопрос: — А что станет с этим кольцом, если его вновь разрезать вдоль, по средней линии?

— Не обманешь! — скажет теперь каждый. — Ясно, что кольцо не распадется, а снова удлинится вдвое.

И еще раз отгадчик попадает впросак. Только ножницы могут ответить тут правильно. Режьте снова. Результат опять неожиданный! Ваша фигура распадется на два кольца, зацепленные одно за другое. Эти кольца уже обыкновенные — двухсторонние, и с ними никаких неожиданностей происходить не может.

Лист Мебиуса имеет еще много странностей. Можно ли, например, окрасить в разные цвета его наружную и внутреннюю поверхности, — скажем, синей краской наружную и красной — внутреннюю?

Попробуйте! Это вам ни за что не удастся, потому что наружная поверхность здесь непрерывно переходит во внутреннюю; границы между ними нет. Строго говоря, лист Мебиуса не имеет двух поверхностей, а только одну. Поэтому его и называют еще «односторонней поверхностью».

«КРУГОСВЕТНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ» МУХИ

ПРЕДСТАВЬТЕ себе, что на лист Мебиуса сели две мухи в точке А (рис. 8) и одна муха говорит другой: — Посиди здесь, а я обойду вокруг кольца, на котором мы сидим,  противоположной стороны.

Муха отправилась в путь вдоль средней линии листа Мебиуса. Вторая терпеливо ждет в точке А. Ждать приходится долго. Уж не попала ли отважная путешественница в плен к

С путешествующей мухой происходит нечто странное. Она уже проползла круг, но нет ни точки А, ни сидящей на ней второй мухи. Путница делает второй круг и только тогда выходит к точке А, в которой и встречает встревоженную вторую муху.

— Я не думала, что наше кольцо такое большое, — говорит первая муха, — я сделала тысячу шагов!

— Не может быть, — возражает вторая. — Когда это кольцо еще лежало на столе в виде плоской ленты, я проползла по нему из конца в конец и сделала только пятьсот шагов. Разве лента могла удлиниться при свертывании ее в кольцо? Тут что-то не так. Посиди ты, а я сама проверю…

И вот в путь вдоль средней линии пускается вторая муха. Пройдя пятьсот шагов, она оглядывается вокруг, ища точку А с первой мухой. Не доверяя глазам, она зовет первую муху— и… получает ответ.

— Где ты? — спрашивает вторая муха.

— Здесь над тобой.

— Вернее, ты подо мной. Это я нахожусь над тобой! Ни одна муха не хочет признать, что она расположена вниз головой. И обе правы, каждая имеет одинаковые основания спорить: мухи стали антиподами…

Теперь представьте себе, что на листе Мебиуса находятся не мухи, а двухмерное существо. Это существо живет, как тень человека, в двух измерениях: знает только длину и ширину; высоты для него не существует. Лист Мебиуса — его земля, небольшая планета, а средняя линия — узкий канал, наполненный водой. Наш «двухмерец»-тень тоже отправляется в «кругосветное путешествие» из точки Ai, лежащей на северном берегу канала (рис. 9). Он все время движется вдоль канала, не переходя через него. Сделав полный круг, он приходит к месту отправления, но, к своему удивлению, оказывается уже не на северном берегу канала, а на южном. Он оказался на противоположном берегу в точке А, хотя не переправлялся через канал. Как это могло случиться? Оказывается, у наего канала один берег непрерывно переходит в другой. Можно сказать, что у него — только один берег. Канал с одним берегом! Видали ли вы что-нибудь подобное в жизни? Конечно, нет. Видеть это можно только на поверхности Мебиуса…

ТОПОЛОГИЯ — очень жизненная наука. Математика и физика дают неисчерпаемое множество всевозможных топологических форм. Топология имеет и практические приложения в механике. Топология работает над самыми разнообразными задачами, например задачей о четырех красках: как раскрасить четырьмя цветами географическую карту, разделенную контурами на отдельные области, чтобы две смежные области оказывались всегда окрашенными в разные цвета? Эта как будто бы простая задача до сих пор полностью не разрешена.

Мы не можем излагать здесь топологию. Мы только показали на простых примерах, какая это своеобразная и занимательная область геометрии.

Советские ученые плодотворно занимались и занимаются топологическими проблемами. Имена таких математиков, как Урысон, Александров, Понтрягин, известны не только в Советском Союзе, но и за рубежом. Советские ученые нашли новые пути в этой области математики и создали свою, советскую школу топологических исследований.

МАГНИТНЫЙ ПОЛЮС

В мае 1945 года участники американской арктической экспедиции на самолете «Ландкастер» были чрезвычайно удивлены странным поведением магнито-измерительных приборов и самолетных компасов. Приборы показали прохождение над магнитным полюсом, в то время как самолет находился на значительном расстоянии от него.

Начальник экспедиции полковник Макинили не имел оснований сомневаться в правильности показаний приборов и поспешил послать в американские газеты сенсационное сообщение, что магнитный полюс перекочевал в северо-западном направлении на 320—480 километров. Газеты напе» чатали его сообщение. Но если бы бравый полковник или его спутники получше знали работы советских ученых по изучению магнитного поля Земли в северном полушарии, они не торопились бы так с опубликованием своего «открытия».

В действительности никакого перемещения магнитного полюса, конечно, не произошло. Полюс и по сей день находится на полуострове Бусия на севере Америки, — там же, где его впервые обнаружил в 1881 г. капитан Джемс Росс. Американские приборы отметили не прохождение самолета над магнитным полюсом, а пересечение так называемой «линии схождения», о существовании которой в северном полушарии наш ученый К. Б. Вейнберг докладывал еще в 1934 г. на всесоюзном съезде магнитологов.

Изучая результаты магнитных наблюдений экспедиции Фритьофа Нансена на «Фраме» в 1893—1896 гг., седовцев — во время их знаменитого дрейфа в 1937—1940’гг. и папанин-цев — на станции «Северный полюс» в 1937—1938 гг., советский ученый профессор Б. П. Вейнберг пришел к такому же выводу. И, наконец, магнитные наблюдения, проведенные в 1941 г. М. Е. Острекиным во время полета советского самолета «Н-169» к полюсу недоступности, также подтвердили это предположение о весьма своеобразном распределении магнитных сил в Арктике.

Советские ученые доказали, что если рассматривать магнитный полюс как точку, где пересекаются все магнитные меридианы, то окагывает-ся, что в северном полушарии такой точки нет. Магнитные меридианы сходятся не в одной точке, а вдоль целой линии, длина которой более 2 ООО километров и которую назвали «линией схождения». На одном конце «линии схождения» находится «старый» магнитный полюс, открытый Россом, а на другом — «новый» магнитный полюс, названный советскими учеными «полюсом Седова». Этот полюс никем еще фактически не открыт, но существование его доказывает изучение магнитных наблюдений, проведенных в Арктике.
Полюс Седова не сохраняет определенного положения на земном шаре, а вращается вокруг полюса Росса, описывая эллипс. В настоящее время полюс Седова находится несколько западнее полюса недоступности. Строго говоря, полюс Росса также не является абсолютно неподвижным, но его перемещения незначительны.

Для полного и всестороннего изучения этого интересного вопроса потребуется организация ряда специальных исследований. Точные данные об особенностях магнитного поля в северном полушарии имеют для нас большое значение. Они нужны морякам и летчикам для плавания и полетов в арктических морях. Они нужны и ученым для разрешения не совсем еще ясных вопросов о причинах возникновения земного магнетизма и о-строении внутренних слоев Земли.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector